Мне странно слышать, как кто-то сравнивает девушек с ваншипами. Может, всех прочих и можно. Но только не тебя. Ты не машина. Ты небо.
Я вхожу в тебя так же, как поднимаю в небо свою машину. Для меня ты в эти моменты — улыбка рыжеволосой девушки за спиной и бескрайняя синь вокруг. Всё точно так же, когда я вхожу в тебя.
Корпус дрожит, когда ему передаётся мощный ровный ход мотора. Но я — я дрожу от возбуждения.
Сначала я всякий раз испытываю робость. Робость перед твоим величием и моей ничтожностью. И я продвигаюсь вперед осторожно. Чутко приноравливаясь к твоим течениям. Соприкасаясь с твоими бедрам сталью корпуса. Ты едва заметно напрягаешься в первое мгновенье — будто случайный порыв бокового ветра. Но еще через мгновенье притяжение земли отпускает меня, и я взмываю. Скорость зашкаливает стрелку вариометра, твоими пальцами сжимая мои плечи. И чуть спадает, успокоенная равномерным гулом турбин. Мы мчимся сквозь твои рассветные облака. Легкое скольжение языка от впадинки между ключицами к розовому твердому соску. Клавдий исправно несется по моим венам. Я лёгок и стремителен. Но моё небо — это ты, а такое небо не может без сюрпризов. Резкий толчок, отчаянный стон фюзеляжа. И вот уже моё небо заливисто смеется сверху, слепя в лобовое стекло первыми солнечными лучами. Бешеная. Рыжая. Владеешь мной. Как владеет небо. Жадно. Безраздельно. Нежно. Касаешься губами мочки уха, холодным утренним ветром проникая под неплотно застегнутый шлем. И отступаешь. Возвращая мне контроль. Машина снова слушается штурвала, и я возвращаюсь на избранный курс. Уверенным толчками уходят вниз облака. Твои волосы невозможным золотом рассыпаны по подушке. Но всё вскользь. Всё смазано. Здесь властвует лишь нарастающая высота. Единой стрелкой прибора на пике сквозь ваншип и небо. Сквозь наши тела.
Крик.
Отчаянный.
Чаячий.
Сердце частит.
С ритма срываясь.
Летит!
В Небо!!!